371. Из французского модного журнала. Высоко подпоясанное неглиже, струящиеся вниз мягкими складками.
370. Жан Огюст Доминик Энгр, Месье Ривьер. Лувр, Париж. Костюм, состоящий из темного фрака со светлыми панталонами до колен, дополняется галстуком, завязанным в стиле эпохи.
369. Жан Огюст Доминик Энгр, Мадам Ривьер. Лувр, Париж. Шмиэ из белой тяжелой ткани, вроде атласа, с декоративными полосами, дополненный кашемировой шерстяной шалью. Украшения простые: гладкое ожерелье и браслет.
368. Жан Огюст Доминик Энгр, Мадам Девосэй. Музей Конде, Шантильи. Бархатное вечернее платье с овальным вырезом в стиле ампир, высоко подпоясанное; широкая, вышитая по краям шаль и веер. Собранные «фонариком» рукава были типичны для платьев той эпохи.
Обувь также продолжает нести отпечаток античности: она низкая, плоская, без каблука, не исключены и сандалии с переплетением из ремешков. И только головные уборы, единственный элемент одежды, находятся в стороне от античной моды. В это время носят чепцы и шляпы самых различных форм. Причем шляпа постепенно вытесняет чепец. Женщины эмансипируются и шляпы становятся для них, как бы эмблемой, признаком общественного положения. Поэтому женщины начинают носить шляпы и в виде цилиндра, и в виде берета, напоминающие мужские головные уборы, а также вечерние тюрбаны, шлемо-видные шляпы и т. д.
Женская прическа довольно долго находилась под влиянием античной моды, но в конце концов победила не мода времен империи, а классическая, республиканская, форму головы подчеркивают гладко причесанные волосы, разделенные посередине пробором, которые укладывались в сеточку или заплетались в косы. Единственным оживляющим прическу украшением были локоны, свободно падающие на лоб. Драгоценности, которые опять начинают вызывать большой интерес, до сих пор находятся под влиянием античности; носят оригинальные античные камеи, а также их имитации и искусственный жемчуг. Большой популярностью пользуются браслеты на руках и на ногах, а также перстни, ожерелья и колье, несколько раз обернутые вокруг шеи, серьги с богатыми подвесками и диадемы.
В этот период упростились мужские костюмы. Одежду дэнди сменил строгий костюм. Теперь главным требованием стали прежде всего хороший покрой и элегантность, а не великолепие и роскошь. Примерно около 1800 года брюки удлинились и обычно их засовывали в высокие сапоги (типа сапог для верховой езды), фрак, как правило, был обычно темных тонов. От бывшей эпохи остался, собственно, только узорчатый цветной жилет. У рубашек - высокие воротники и галстук, который «подпирает голову согласно надлежащего, достойного положения», как подсказывает само его название - «фатер-морд»(фатерморд - убийство отца (пер. с нем. яз. - Vatermord). Волосы, как бы естественно завитые, прическа называлась о ку де ван (au coup de vent), прикрывали лоб и виски - это было типично для послереволюционной моды. Дневной костюм дополнялся цилиндром, к выходному костюму и форменной одежде полагалась треугольная шляпа, которая вскоре, около 1800 года, сменилась двухугольной.
Впрочем, двор Наполеона «кишмя кишел» привозными товарами. Модны были английское сукно, индийский муслин, шелк из Турина, полотно из Голландии, обувь из Ирландии, привозные кружева и даже позднейшее запрещение ввоза дорогих товаров не прекратило их контрабандную доставку. Во Франции уже с 1770 года, особенно во время Французской революции, наряду с первоклассной императорской модой появились первые конфекционные дома моды. Революция способствовала расширению конфекции путем отмены старых цеховых правил, которые мешали развитию массового пошива одежды. Конфекция позволяла с большой находчивостью использовать упрощенный покрой платьев и массовое производство тканей, что дало возможность продавать одежду за приемлемую цену средним слоям населения. Но не только конфекция способствует широкому распространению моды ампира. Это делают прежде всего модные журналы «Журно» и «Газет э Ревю». Они начинают выходитьс 1770 года («Зэ Лейд из Мэгэзин», Лондон), т. е. в том же году, когда появляется первая парижская конфекция. За Англией следует Амстердам, начинающий издавать свой журнал «Ла Фей сан Титр» (1777 г.). А в 1785 году в Страсбурге начинает выходить модный журнал «Магазин фюр фрауен-циммер». И только в 1785 году выступает Париж со своим журналом «Кабине де Мод». И именно здесь издание модных журналов достигнет, конечно, наибольшего расцвета и в дальнейшем удержит свое первенство.
Однако, само собой разумеется, что на первых порах французская мода шла тогда еще за бывшими величинами «ветеранами» в области моды. Так, по приказу Наполеона, в Париж привозили модели даже из Вены, куда на время переехал придворный портной, а главное Роз Бертэн, бывшая модистка Марии Антуанетты.
367. Жан Огюст Доминик Энгр, Мадемуазель ривьер. Лувр, Париж.
Производство шалей во Франции появилось около 1805 года (производство Терно), что ставится в заслугу первой жене Наполеона Жозефине Богарнэ, которая, правда, сначала колебалась, но потом оказала этому делу свое покровительство. Жозефина возвеличила также творца моды ампир- портного Леруа, который одевал по последней моде весь императорский двор. Он считался лучшим парижским портным. Из приходно-расходных книг Леруа видно, что для своих заказчиц он создавал не только индивидуальные модели, но и предлагал к ним специальные шляпы и, кроме того, особую парфюмерию, что позже стало обычным делом больших французских салонов. Несколько позже, около 1815 года, при известном салоне Жака Дусе основывается первое небольшое производство шляп. Портные тогда присвоили себе возвышенный титул - «академики». Они имели собственные мастерские, которые были чем-то средним между ателье и мануфактурой, где работало несколько сот работниц. Там были и «собственные» модельеры (для Леруа работал Огюст Жарнери). О них пишут в журналах, модные карикатуристы не обходят их своим вниманием. На одной из карикатур Леруа изображен как жрец, которому в его «священнодействии» помогают портнихи в простых шмизах, подпоясанных фартуками, - они изображены где-то далеко в стороне. Внимание прессы, в том числе и карикатуры, так же, как и хвалебные некрологи (в 1829 году на смерть Леруа пишет поэт Ипполит Оже в журнале «Ла Мод»), являются признаком знаменитости, а Леруа, действительно, был очень знаменит в свое время и принадлежал к крупнейшим представителям парижской моды XIX века.
Действительно, в начале этого столетия шмиз еще сохраняет свое «господство». Его постоянно носят с глубоким вырезом и высоко поднятым поясом, юбка попрежнему ниспадает длинными мягкими складками, переходящими в шлейф. Около 1801 года в украшении платья еще преобладает греческий орнамент, а к 1804 году - этрусский и египетский. Однако в этом же году шлейф исчезает, а в последующие годы на украшение шмиза начал основательно влиять готический орнамент. Декольте уменьшилось, особенно у дневных платьев; наконец, и пояс несколько снизился. В последующие годы длина шмиза сокращается настолько, что сначала стал виден туфель, а после 1810 года - и щиколотка. В эти годы в Париже появились первые привозные меховые пальто. Но наиболее желаемым дополнением к женскому платью были кашемировые шали из Египта.
Увлечение античностью в предшествующий период отразилось не только на женской моде, но и на всем образе жизни общества, повлияло на архитектуру, живопись, скульптуру. Казалось, это увлечение будет очень длительным и будет определять весь стиль жизни XIX века.
профнастил, МП35. Розовое такси дешевое по материалам http://taxinarod.ru.
Цифровые библиотеки и аудиокниги на дисках почтой от INNOBI.RU
Одежда и аксессуары
История развития
Ампир (1804-1815) [1987 Кибалова Л., Гербенова О., Ламарова М. - Иллюстрированная энциклопедия моды]
Комментариев нет:
Отправить комментарий